На главную страницу сайта: www.mediasprut.ru Rambler's Top100
медиасеть журналистам германистам инфоцентр портфолио фотоальбом
главная о проекте об авторе письмо автору
добавь в 'избранное'    • рекомендуй другу

Журналистам

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Мнения ученых и журналистов, советы и рекомендации; статьи о жанрах и истории журналистики; сырье для рефератов; олигархи и медиамагнаты; из немецкой журналистики...
Inter Nationes Press

Штефан Корнелиус

Журналистика в развитии

Никогда не забудется презрение, светившееся в глазах Вольфганга Шойбле, когда он приехал на заседание правления партии - последнее в качестве председателя ХДС. В боковой улице правительственного квартала в Берлине движение уже было парализовано, так как автобусы с передвижными студиями телекомпаний превратили ее в узенький переулочек. Прямой эфир не обещал никакой новой информации кроме еще одного взгляда на искаженное болью лицо политика. Эти душевные муки, это выражение глубочайшего отчаяния в момент сильнейшего кризиса, переживаемого партией. Шойбле вновь предстояло пробивать себе путь сквозь все эти палки, микрофоны, кабели и объективы кинокамер. "Здесь собрались худшие из людей", - заявил Шойбле пару дней до этого поджидавшей его толпе журналистов.

Журналистика в Берлине, актуальные репортажи из новой столицы: их язык стал жестче, уважение к людям в них пропадает. Между журналистами и политиками складываются новые взаимоотношения. Слова бывшего федерального канцлера Гельмута Шмидта, сравнившего журналистов с разбойниками с большой дороги, звучат почти уже вежливо по сравнению с риторическими выпадами того же Вольфганга Шойбле. Для Шойбле эти сцены в последние месяцы пребывания на посту председателя ХДС повторялись вновь и вновь. Когда разоблачения вокруг тайных денежных счетов ХДС только начинались, он сообщил репортерам в начале пресс-конференции, что не собирается говорить много, так как он плохо себя чувствует. В ответ объективы кинокамер придвинулись еще ближе, напряженно ожидая, когда он упадет в обморок. Несколько часов спустя, правда уже без свидетелей, Шойбле отправили в больницу с почечной коликой. "Этого я им никогда не забуду", - заявил он позже исполненным ненависти голосом.

Шойбле довелось как никакому другому политику испытать на себе то, что уже почти научно называется "новыми законами берлинского рынка". И в самом деле, политический репортаж как жанр в новой столице изменился кардинальным образом. Годами формировашиеся нормы боннской журналистики перестали действовать. Жесткие рамки сломаны, западногерманская идилия привычности исчезла практически за одну ночь после переезда парламента и правительства в Берлин.

Перемены были ускорены благодаря внешнему и внутреннему давлению. В Берлине число корреспондентов возросло в несколько раз. Многие газеты после переезда расширили свои редакции. Межрегиональные издания "Франкфуртер альгемайне" и "Зюддойче цайтунг" наладили выпуски локальных приложений для столицы. Экономическая пресса переживает в Германии период расцвета и активно вмешивается в политические темы. Телекомпании воздвигают пом пезные телестудии, так как Берлин, в отличие от Бонна, стал также центром самовыражения и самопрезентации. Конкурентная борьба за лучший кадр обострилась настолько, что телекомпании направляют на освещение важных событий по две-три съемочные группы, надеясь, что хотя бы одна из них вернется со стоящим материалом - между электронными средствами информации началась своего рода гонка вооружений.

В Германии действуют уже две телекомпании, которые передают новости 24 часа в сутки и ожесточенно борются за телерынок. В континентальном государстве. Соединенных Штатах Америки на плаву с трудом удерживаются две или три новостные телекомпании. Общественно- правовое телевидение выставило на дистанцию " Феникс" - телеканал политического репортажа, который транслирует только дебаты в бундестаге, слушания, пресс-конференции или политические дискуссии. "Феникс" оказывает массированное воздействие на политический репортаж, так как с появлением его телекамер на важнейших политических мероприятиях для корреспондентов газет считается уже недостаточным пересказать на следующий день содержание уже показанной по телевидению пресс-конференции.

Заметную роль в изменении политической и журналистской кухни играют местные берлинские газеты. "Тагесшпигель" и "Берлинер цайтунг" надеются, благодаря перемещению политического центра в Берлин, пробиться в ряды газетной элиты: они стремятся завоевать надрегинальное признание. Однако их тиражи остаютс небольшими, и они ожесточенно дерутся за нелюбящую читать газеты столичную публику. Увлекшись уличной потасовкой за известность и признание, они допуска ют курьезные промахи: борьба за эксклюзивность и связанный с нею имидж привс дит к появлению большого количества ложных сообщений. Тем не менее одни! успехом эти газеты уже могут похвастаться: хотя в других регионах подписчики них не появились, в самом Берлине после переезда парламента и правительства об газеты стали настольным чтивом политиков и политического персонала. Они от тесняют на второй план пользовавшиеся в Бонне большим влиянием западногер манские региональные газеты типа " Штутгартер цайтунг", боннской "Генераль анцайгер" и "Кельнер штадтанцайгер".

Частные телекомпании и газеты также заметили развлекательную ценность политики. Министры, послы и, конечно же, канцлер вдруг стали знаменитостями, в то время как в Бонне их обзывали "провинциалами". Федеральному канцлеру Герхарду Шредеру одно из бульварных изданий почти регулярно посвящает целую колонку сплетен. Журналисты вдруг стали интересоваться тем, где ужинает тот или иной министр, и обращать внимание на слишком глубокие декольте у супруг послов. Все это лишь опосредованно связано с Берлином. Хотя метрополия представляет собой лучшую декорацию для выступлений политиков, однако взрывное развитие политического репортажа представляет собой реакцию политических кругов в Германии на тенденцию, которая уже несколько лет наблюдается по всему миру, но прежде всего в англосаксонских странах. Политика и развлечение переплетаются, политический репортаж подчиняется новым законам, а политика познает ценность быстрого и потому поверхностного репортажа.

Тем не менее: большинство политиков до сих пор не поняли, как им следует использовать новое разнообразие средств информации, желание персонализации и тесноту берлинского медийного ландшафта . И совсем немногие из них знают, что в будущем на них вообще не будут обращать внимания, так как правила нового рынка не оставляют места для деталей и разнообразия. Кризис в ХДС позволил заглянуть в эру средств массовой информации, в которой длительное время с небывалой до селе интенсивностью раскручивается только одна политическая тема. Непредвзятые наблюдатели уже поговаривают об атомизации информации. Это означает, что со всех уголков города поступает отрывочная информация, однако ее содержательность при этом утрачивается. Репортаж остается поверхностным, становится все более мелким и бессодержательным. Ценность такой информации снижается.

Пример обхождения с этой формой политической массовой коммуникации показывают политики в США и Великобритании. Но в отличие от Берлина, в Вашингтоне этот процесс инсценируют и направляют. Шойбле пришлось пробиваться сквозь дикую толпу, и выглядел он при этом беспомощно и затравлено. Председатель фракции СДПГ стоит перед лесом микрофонов, а в качестве декорации за ним нет ничего, кроме стеклянной двери и пары любопытных зевак. Министру не удается представить общественности свой проект закона с помощью предварительного обсуждения в узком кругу и опубликования в средствах информации.

Резкие изменения в практике политического репортажа в Германии не были вызваны переездом органов власти из Бонна в Берлин, однако переезд ускорил эти изменения. Почва для них уже была подготовлена. Корреспонденты отчетливо поняли это в первую очередь благодаря обострению конкуренции: прежняя боннская коллегиальность исчезла, постепенно перестает действовать и сформулированный одним из лидеров ХДС "закон воронов" ("ворон ворону глаз не выклюет"). Хотя Берлину еще долго не будет хватать интенсивности такой медийной метрополии, как Лондон, где позиции на национальном рынке средств массовой информации определяются прежде всего в столице. Как и прежде, газетный рынок в Германии сохраняет федеральные черты, как и раньше, газеты завоевывают читателей благодаря локальным страницам и своей региональной направленности.

Правда, говорят, что политическая журналистика пережила ренессанс благодаря финансовому скандалу в ХДС и афере Гельмута Коля. На первый взгляд это кажется верным - средства информации редко столь интенсивно использовали средства инвестигативной журналистики, и также редко поднятая в средствах массовой информации истерия подталкивала вперед процесс политического расследования. Хотя при более трезвом рассмотрении невозможно не заметить, что ХДС сам проделал большую часть работы по расследованию, и что настоящие журналистские открытия удавались лишь очень немногим репортерам, которые к тому же достаточно часто работали не в столице, а в провинции. Новые имена, новая конкуренция, свежий взгляд на политику - переезд в Берлин внес немалое смятение в политическую журналистику. Специалисты давно уже поняли важность этой темы и открыто обсуждают ее преимущества и опасности. Однако призывы к самодисциплине и соблюдению норм профессиональной этики здесь малоэффективны. На сей раз рынок сформирует сферу информации по своим законам.